Всё о культуре исторической памяти в России и за рубежом

Человек в истории.
Россия — ХХ век

«Историческое сознание и гражданская ответственность — это две стороны одной медали, имя которой – гражданское самосознание, охватывающее прошлое и настоящее, связывающее их в единое целое». Арсений Рогинский
Поделиться цитатой
28 декабря 2017

Галина Зверева за верстаком

Фото: Наталья Ёлкина
Фото: Наталья Ёлкина
Очередная серия «Историка за верстаком» — разговор с профессором Галиной Ивановной Зверевой, прошедшей путь от преподавания научного коммунизма в Улан-Удэ до руководства кафедрой истории и теории культуры в РГГУ.

Как и почему на русский язык переводились Уайт и Анкерсмит, зачем историку читать комментарии к роликам на YouTube, и почему нужно избавляться от страха и снобизма и быть готовым рассказывать и читать лекции неподготовленной аудитории — в почти двухчасовом обсуждении Галины Зверевой с историками Константином Морозовым и Никитой Соколовым.

Все наши подкасты можно найти в открытом доступе на iTunes или послушать через любой другой подкаст-клиент, подписавшись на RSS.

28 декабря 2017
Галина Зверева за верстаком

Похожие материалы

23 марта 2017
23 марта 2017
Подкаст «Уроков истории» с очередной встречи Вольного исторического общества в Международном Мемориале. В этот раз за верстаком - Елена Зубкова, крупнейший специалист по послевоенной советской истории.
20 ноября 2013
20 ноября 2013
Об изменениях, произошедших в восприятии Холокоста за годы независимости Украины, прежде всего, в академическом, в историко-исследовательском аспектах в области образовательной политики и о политике памяти, практиках коммеморации Шоа на Украине.
3 марта 2017
3 марта 2017
22 февраля в гостях у Константина Морозва и Никиты Соколова был историк Владимир Булдаков – главный научный сотрудник Института Российской истории, специалист по истории революций 1917-го года.
3 сентября 2015
3 сентября 2015
Хотя люстрационные меры во всех странах ЦВЕ были направлены на минимизацию общественного влияния бывших должностных лиц и сотрудников спецслужб коммунистических режимов, как показал приведенный обзор принятых в регионе мер, программы люстрации могли обретать разные формы и довольно сильно различаться по объему.