|
Система террора: работа, наказание, смерть
Быть узником Бухенвальда означало, в первую очередь, бесправие, работу без конца и края. Нет, не такую работу, к которой мы привыкли, не упорядоченную работу с перерывами для отдыха. Нет, работа в Бухенвальде ‒ это принудительный каторжный труд без какой-либо оплаты, это беспредельная эксплуатация узника, это тяжелейшие физические нагрузки, и все это по 10, 12, 14 часов подряд. Такая работа постепенно разрушает людей. Максимальная эксплуатация рабочей силы заключенных при минимальных затратах на питание, одежду и кров. Следствиями этого становятся истощение, болезнь и смерть. Если у кого-то выработка меньше, чем от него ожидают, если кто-то пытался защититься или нежелательным образом привлек к себе внимание эсэсовца, того неминуемо ждало наказание, в виде ударов палками или других издевательств. Любое мелкое нарушение правил наказывалось эсэсовской охраной: кто в холод на построении держит руки в карманах брюк, тот будет наказан. Кто не по форме поприветствует эсэсовца, тот будет наказан. Для эсэсовцев существовало помимо этого множество других причин, чтобы истязать заключенных, например, 25 ударами палкой на специальных «козлах». За незначительные проступки весь лагерь в наказание оставлялся без еды или заключенных заставляли выстаивать часами на площадке для построения. Террор служил для того, чтобы сломить волю людей, превратить их в послушных и покорных невольников для работы. Смерть — тоже часть лагерных будней: в 1941 и 1942 годах эсэсовские отряды уничтожили 8000 советских военнопленных на конюшне, в которую было встроено приспособление для расстрела выстрелом в затылок. Военнопленных союзников эсэсовцы умерщвляли удушливым газом в подвале крематория.
|
Бывший заключенный рассказывает о висении на дереве:
«Боль, которую я чувствовал в руках и плечах, была просто неописуемой. Я пытался в противодействие ей найти в коре дерева под моими ногами точку опоры, однако все усилия были напрасны, ноги то и дело соскальзывали, из-за чего боль только усиливалась. [...] Я больше уже ничего не видел, у меня потемнело в глазах [...]».
Мартин Гаспар (немецкий политзаключенный, в 1939—42 гг. в Бухенвальде), архив Бухенвальда 52-11-138.
Бывший узник рассказывает о работе на каменоломне:
«Заключенного Эрвина Кона заставили нести такой большой камень, что тот рухнул под этим грузом. Его избили дубинками по потери сознания. Тогдашний надзиратель из числа заключенных Фогель облил его водой и продолжил измываться над ним до тех пор, пока он не умер. Извещение о смерти гласило: застрелен во время побега! «Застрелен во время побега» — это была легальная формулировка для нелегальных массовых убийств».
«Каменоломня», сообщение одного заключенного без подписи, Дэвид А. Хакетт (Изд.), Отчет о Бухенвальде: доклад о концентрационном лагере Бухенвальд под Веймаром, г. Мюнхен 1996, стр. 219
Показания эсэсовца Хорста Дитриха об умерщвлении советских военнопленных, во время одного допроса перед военным трибуналом в Дахау в ноябре 1947 года:
Вопрос: «Куда Вы стреляли?»
Ответ: «Я целился в затылок».
Национальный архив, Вашингтон, RG 153, Бухенвальд,
дело 12-390.
|
